Риск под каблуком

0
122
Текст: Ксения Колесникова                                                            Российская газета
 

Какую обувь ортопеды считают самой вредной? Как не стать пациентом травмпункта зимой? Почему даже самые совершенные имплантаты не смогут заменить человеческие кости? Об этом “РГ” беседует с главным травматологом-ортопедом Департамента здравоохранения Москвы, профессором Вадимом Дубровым.

Хирургия – всегда риск, но его не нужно бояться. Фото: depositphotos.com


Вадим Эрикович, насколько “горячими” для травматологов выдались длинные новогодние праздники?

Вадим Дубров: В Москве работает более 40 травмпунктов, где помогают всем, даже без паспорта и медицинского полиса. В первые сутки в больницы обращаются пациенты с неотложными проблемами: с ожогами, с резаными ранами, травмами головы, явными переломами и вывихами. Через день, как правило, наступает еще один пик – приходят те, кто запоздало понял, что ему необходима помощь.

В целом праздники прошли удачно: практически не было снега и гололеда, травм было гораздо меньше. Погода в этом случае – один из важных факторов. В прошлом году из-за ледяного дождя за одно утро к нам обратилось столько людей, сколько обычно мы принимаем за два-три дня. Кроме того, загруженность травмпункта связана с его расположением: если рядом открывают каток, количество пациентов сразу увеличивается. Если вы собираетесь заниматься активным отдыхом, обязательно уточните, где ближайший травмпункт.

То есть рост травм зимой – явление не фатальное?

Вадим Дубров: Ярко выраженной сезонности нет. От несчастных случаев никто не застрахован. Но, скажем, зимой, больше травм у пожилых. Чтобы снизить риски и не стать пациентом травмпункта, лучше соблюдать правила безопасности. Быть осторожными на улице и при занятии активными видами отдыха. На скользкой поверхности не прятать руки в карманы – они помогут удержать равновесие в случае падения. Носить удобную обувь.

Какая обувь – самая вредная?

Вадим Дубров: Важнейший фактор, влияющий на здоровье ног, – это предрасположенность к плоскостопию и деформациям стопы. Единственное место в мире, где количество деформаций стоп у женщин и у мужчин примерно одинаковое, – Техас. Там носят ковбойские сапоги с острыми носами и каблуками. А в Полинезии тяжелые деформации стопы практически не встречаются: там все ходят босиком или в сандалиях. Оптимальная высота каблука – 2-4 см. Я не против женских туфель на высоких каблуках, но не стоит превращать их в повседневный вид обуви, иначе риск деформации стопы и других нарушений повышается.

Мы уже научились замещать кости другими тканями, трансплантировать их вместе с сосудами и даже мышцами

Обувь должна соответствовать погоде, форме стопы. Она должна быть свободной, хорошо вентилируемой, не нарушать кровоток, не смещать пальцы ног. Некоторым пациентам, например, после операции на стопах необходимо носить специальную обувь барука, которая помогает разгрузить стопу в целом или ее отдел, а внешне напоминает традиционные японские тапки “гэта”. Современные кроссовки – один из самых удобных видов обуви. В них есть специальные амортизирующие конструкции: если легкоатлеты будут бегать по асфальту без профессиональных кроссовок, деформации коленных суставов им не избежать.

В одной больнице блестяще проводят сложные операции на стопах, в другой – работают высококлассные специалисты по хирургии верхней конечности. Так создаются профильные центры?

Вадим Дубров: Да, мы решили создавать профильные центры экспертного уровня, куда можно направлять самых “тяжелых” пациентов. По оснащению, по мастерству врачей они выходят на уровень ведущих мировых клиник. В больнице имени С.С. Юдина собрался коллектив людей, которые знают про стопу все и проводят на ней более 400 высокотехнологичных операций в год. На базе ГКБ № 29 имени Н.П. Баумана был создан центр хирургии верхней конечности, в котором выполняют самые сложные операции, в том числе с использованием микрохирургии, с возможностью введения в самые маленькие суставы миниатюрных видеокамер, оптических и хирургических инструментов.

При этом возможность высокотехнологичной медицинской помощи есть практически в каждой московской больнице. Вспомните громкий случай в больнице имени М.Е. Жадкевича. Пациентку привезли ночью с отрубленными кистями рук. Отделение работало штатно: дежурили опытные хирурги, анестезиологи, было готово микрохирургическое оборудование. Одну конечность удалось спасти. Сейчас пациентка проходит реабилитацию.

Смогут ли протезы и имплантаты когда-нибудь заменить человеческие кости?

Вадим Дубров: Появляются более совершенные конструкции для имплантации и более гибкие, биосовместимые сплавы. Мы научились замещать кости другими тканями, трансплантировать их вместе с сосудами и даже мышцами. Но создать искусственную конструкцию, которая была бы лучше той, что задумала природа, наука пока не может.

Хирургия – всегда риск, но его не нужно бояться. 30 лет назад у нас по всей стране проводилось менее тысячи эндопротезирований тазобедренного сустава в год. Сейчас только в больницах Департамента здравоохранения Москвы проводится более 8 тысяч таких операций, а речь идет только об эндопротезировании. Число же высокотехнологичных вмешательств, выполняемых за счет государственного финансирования и программы обязательного медицинского страхования, растет ежегодно. Рост исчисляется в сотнях и тысячах операций.

Читайте также

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

 для диалога необходимо принять правила кофиденциальности и пользовательского соглашения *