Родной брат царя и елецкая земля

Роман ДЕМИН

Исполнилось 115 лет со дня первого приезда в Елей брата царя Николая II великого князя Михаила Александровича Романова ( 2 октября 1909 года). Причем путь от губернского Орла до нашего города высокий гость преодолел верхом, командуя конным пробегом, совершенным вместе с офицерами Черниговского и Нежинского гусарских полков, связанных тесной дружбой.

Роковая любовь

Весной того же 1909 года М. А.Романова назначили командиром Черниговского гусарского полка, располагавшегося
в Орле. Причем этот эпизод в жизни великого князя стал, по сути, ссылкой из-за внутрисемейного конфликта. Подоплека истории такова.

В 1908 году Михаил Александрович
встретил на балу Наталью Сергеевну Вульферт (урожденную Шереметьевскую) и влюбился в замужнюю женщину. Тут надо сказать, что эта обаятельная,
образованная и в тоже время избалованная и капризная госпожа знала себе цену. Ранее она уже была замужем. Ее первый супруг — творческий человек, впоследствии дирижер
Большого театра Сергей Мамонтов (племянник миллионера и заводчика Саввы Мамонтова),мало времени уделял красавице-жене, предпочитая ей музыку и гастроли, а женщине
хотелось блистать в высшем обществе. Оттого семья распалась, несмотря на то,что у супругов появилась на свет дочь.

Вскоре эмансипированная дама
вновь вышла замуж. На сей раз за военного, блестящего офицера Алексея Вульферта. Однако встретив великого князя, Наталья Сергеевна, по-видимому,
поняла, какой шанс ей дарует судьба, и постаралась им воспользоваться. Хотя,вполне возможно, это была большая роковая любовь!

«Бедный Миша»

Как бы там ни было, замужняя
женщина, пофлиртовав с М. А. Романовым, вскоре заявила великому князю, что не намерена быть его любовницей или содержанкой, а тот совершенно потерял голову
от чувств, возжелал жениться на возлюбленной, что по тем временам считалось просто неслыханным, несусветным делом! Да и оскорбленный Вульферт грозил ему
дуэлью, а родной брат Михаила российский самодержец Николай II писал об этом матери: «Бедный Миша, очевидно, стал на время невменяемым, он думает и
мыслит, как она прикажет… Это такая хитрая и злая бестия, что о ней противно говорить».

В итоге М. А. Романова срочно откомандировали (сослали) к черниговским гусарам, надеясь, что свежий орловский
воздух остудит горячую голову. Сохранился даже соответствующий приказ по военному ведомству Российской империи от 16 мая 1909 года.

Однако из этой затеи ничего не
вышло, поскольку негласная суженая последовала за любимым на Орловщину в его сердце. Забегая вперед, скажу, что в 1912 году опальная парочка отправилась за границу
(у них к тому времени уже родился сын Георгий) и тайно там повенчалась, после чего рассерженный Николай II повелел младшему брату более никогда не
показываться на Родине…

Командир полка и дивизии

Но вернемся в 1909 год, когда
великого князя назначили командиром Черниговского гусарского полка. Свидетели утверждают, что он проявил себя деятельным военачальником, оказался популярен
среди офицерства, солдат и даже в среде местных обывателей. Вскоре Михаил Александрович пошел на повышение, став в 1910 году командующим 2-й отдельной
кавалерийской бригадой, в которую входили Нежинский (располагавшийся в Ельце) и Черниговский полки (штаб дивизии квартировал в Орле).

Эти подразделения стали для М.А. Романова родными, а конные походы и совместные учения сблизили его с офицерством.Например, 19 мая 1911 года он вновь устроил масштабные маневры, пригласив к
участию в них своих любимцев, уже проверенных офицеров из Орла и Ельца. В наш город великий князь прибыл рано утром, поездом, на Сызрано-Вяземский (в городе
его называли Ефремовский) вокзал, некогда располагавшийся в Лучке, где гостю устроили торжественную встречу.

В тот же день предприняли конный
марш из Ельца до Липецка. Причем кавалеристы отправлялись в путь не просто так— попиться минеральной водички: они шли на открытие скакового сезона,
запланированного на липецком ипподроме.

Липецкий анекдот

Для небольшого уездного городка
то было столь значимое событие, что в честь него (приезда великого князя)липчане возвели триумфальную арку на улице Лебедянской
(ныне ул. Зегеля),
разрушенную уже после революции 1917 года.

Говорят, что во время встречи брата императора в доме богатого купца и липецкого городского головы Митрофана
Алексеевича Клюева не обошлось без анекдота.

По легенде, прибыв к особняку,некогда стоявшему в Верхнем парке, М. А. Романов соскочил с лошади и направился
навстречу многочисленной публике, желавшей проявить патриотические и верноподданнические чувства в отношении царственного гостя. Гимназисткам по
такому случаю даже раздали цветы, велев бросать их к ногам высочайшей особы.

При этом великий князь шагал в простом полевом мундире, заляпанном дорожной пылью и грязью, в то время как
ожидавший его адъютант шел рядом щеголем, сверкая эполетами и аксельбантами.Вот ему-то и полетели цветы и букеты липецких барышень, клюнувших на блеск
золота…

В газете было написано

Газеты того времени (выписывайте
«Красное знамя»!) немало писали о конном пробеге Елец — Липецк.

«Вторник, 24 мая 1911 г.Пробег гг. офицеров Черниговского и Нежинского гусарских полков при милостивом
участии Его Императорского Высочества Михаила Александровича Романова 19 мая из Ельца в Липецк. В 6 часов 35 минут утра прибыл на станцию Елец Его
Императорское Высочество Великий Князь Михаил Александрович; встреченный офицерами Нежинского гусарского полка Е. И. В. изволит проследовать к группе
лошадей и, заботливо осмотрев свою «ВЕНДЕТТУ», стал милостиво беседовать с участниками пробега, а в пробеге приняли участие Черниговского гусарского
полка: полковник Витковский на гнедой кобыле Боби, подполковник Подгурский на рыжем жеребце Эхо, подполковник Калинин на рыжей кобыле Дюшес, ротмистр
Камаюхин на гнедом мерине Живчик, штабс-ротмистр Ведерников на гнедой кобыле Усса, штабс-ротмистр Свидерский на караковом жеребце Гаяре, штабс-ротмистр
Сабуров на гнедом мерине Керим, штабс-ротмистр Гольдгаар на гнедом жеребце Орфей в Аду (вот это имя! — прим. автора), поручик Хакольский на
гнедом жеребце Нелей, поручик Нестеренко на рыжей кобыле Бурлачка, корнет Панкевич на гнедом мерине Кавказец, корнет Марин на караковом мерине Мальчик,
корнет ин. Вачнадзе на гнедом мерине Сибирита, корнет Быховец на рыжем мерине Фавн, корнет Данилов на гнедом мерине Буйвол, корнет Рыдзевский на гнедом
мерине Орест».

Память и участь

В Ельце память о брате императора Николая II запечатлена в названии Великокняжеской церкви (освящена в
честь святых Александра Невского и Михаила Тверского). На ее освящение М. А.Романов приезжал лично 11 февраля 1911 года. Ранее он принял под свое
покровительство здешнее общество хоругвеносцев, дружил с купцом А. Н.Заусайловым, мечтавшим через высокого покровителя получить заветное дворянство.
Кроме того, в честь высокого гостя елецкую улицу Орловскую переименовали в Великокняжескую (сегодня это ул. Коммунаров). А еще великий князь избирался
почетным гражданином города Ельца (4 декабря 1909 года).

Увы, участь самого М. А.Романова и его семьи оказалось печальной, хотя с началом Первой мировой войны
опалу со своевольного князя сняли и разрешили вернуться в Россию. Его жене даже пожаловали титул графини Брасовой (от названия одного из великокняжеских
имений). Михаил Александрович храбро воевал на фронте, командуя туземной(дикой) дивизией.

В 1917 году он вслед за братом
отрекся от престола, став, по сути, последним российским самодержцем, правда,всего на один день. Затем его отправили в ссылку в Пермь. В ночь с 12 на 13
июня 1918 года группа тамошних чекистов и милиционеров вывезла М. А. Романова за город и расстреляла близ заводского поселка Мотовилиха.

В 1981 году великого князя
канонизировала Русская православная церковь за границей в числе новомучеников российских, а в 2009 году его реабилитировала Генпрокуратура РФ как жертву
политических репрессий.

Вдова великого князя Наталия Сергеевна Брасова проживала в эмиграции и умерла 72 лет от роду в парижском приюте для бедных в 1952 году. А их сын
Георгий погиб в автокатастрофе в 20 лет, еще в 1931 году.