На Руси нельзя без меда
В многодетной семье Добриных Медовый Спас — особый праздник. Прежде всего, как для православных начало Успенского поста. Ну и еще повод собраться за одним столом, чтобы отведать мед нового урожая, собранный на своей пасеке, — символ плодородия, здоровья и труда. Глава семьи Сергей Викторович — пчеловод со стажем. А жена Екатерина Александровна, сыновья Миша, Вася и Сева — главные помощники.

Горячая пора
Пасека Добриных — это десяток ульев в городе и вдвое больше — в деревне Марчуки. Сейчас — горячая пора, вторая качка меда. Первый урожай получен, душистый продукт пчеловодства разлит по баночкам и уже нашел своих покупателей.
— Сначала у нас идет мед майский. В этом месяце пчелы его собирают, — поясняет С. В. Добрин. — А качаем чаще всего в начале июня. В августе второй заход, с наших ульев в городе урожай уже получили. Крылатые труженицы за ним в лавский лес летают. Да-да, не удивляйтесь, если кажется, что далековато из поселка Мирного, пчела в поисках взятка (нектара и пыльцы) преодолевает расстояние до 7 — 8 км.
Ну а деревенским насекомым-труженницам вообще благодать: разнотравье (мордовник, фацелия) рядом, фермерские подсолнухи. Сергей Викторович со знанием дела и сам нужные растения сажает. И результат получает отличный благодаря немалому опыту.
Победа над страхом
История С. В. Добрина — не из тех, что начинаются с легкого увлечения. Наоборот, все могло закончиться, едва начавшись. В детстве и юности ему доводилось помогать отцу на пасеке. И каждый раз это было то еще испытание: аллергия на пчелиный яд у мальчишки оказалась настолько сильной, что после одного укуса у него появлялись симптомы крапивницы, озноба, даже до отека Квинке доходило. Понятно, что никакого особого желания заниматься пчеловодством Сергей тогда не испытывал.
Но все изменилось через несколько лет после смерти отца. В один из пустых ульев, который, кстати, и сейчас стоит на пасеке, прилетел рой. Пчелы словно сами сделали выбор нового дома. Сергей Викторович воспринял это как знак.
— Думаю, раз пришли — значит, так и должно быть. С этого все и началось, — вспоминает он.
Врачи тогда качали головой, напоминая о сильнейшей аллергии, да и родные поначалу уговаривали держаться подальше от ульев. Но постепенно, через боль и дискомфорт, пчеловод приучал организм к яду. Без лекарств, маленькими шагами. Несколько лет с памятного 2009 года (когда прилетел первый рой) ушло на то, чтобы превратить врага в союзника. Сейчас Сергей Викторович говорит о пчелиных укусах спокойно, как о полезной процедуре.
— Вот сегодня три раза в лицо ужалили, — рассказывает он, — чуть припухло, но самочувствие отличное.

Не медом единым
Для семьи Добриных пчелы — это не только мед. Прополис, перга, маточное и трутневое молочко, пчелиный яд — все идет в дело.
— Мед — вкусно и полезно, но, как говорит известный апитерапевт профессор Коркуленко, это наименее эффективный продукт из всего того, что производят трудолюбивые пчелы. А вот перга — настоящая кладовая витаминов. Маточное молочко — вообще чудо, человек его так и не смог синтезировать, — рассказывает Сергей Викторович.
Он и сам практикует апитерапию — лечение пчелиными укусами. Говорит, что это древний способ, проверенный веками. Жене такая терапия помогает от боли в пояснице, друзьям — при спазмах и проблемах со спиной.
Своя философия
Сергей Викторович уверен: работать с пчелами нужно без спешки, в ладу с природой. У каждой пчелосемьи — свой нрав, к ним подход нужен. Использование химии, антибиотиков — не его метод. Для профилактики болезней насекомых успешно применяет молочную сыворотку, как делали предки.
— Мы за все натуральное. Это и вкус, и польза, и здоровье, — утверждает С. В. Добрин.
Он не скрывает: в наше время найти настоящий мед — задача не из легких. На рынке полно подделок — сахарных сиропов, красиво упакованных и выдаваемых за алтайский или луговой.
— К нам за медом люди приходят, пробуют, возвращаются. Потому что вкус не обманешь. Настоящий мед — живой. Он пахнет не сахаром, а летом, — говорит пчеловод.
Объединяющая сила
Пасека требует времени и сил, а доход — дело второстепенное. Сергей Викторович не скрывает: выгоднее зарабатывать на основной работе на железной дороге. Но пчелы — это больше, чем бизнес.
— Они семью объединяют. В силу нашей с Катей занятости, к сожалению, не можем завести кошку или собаку: неправильно оставлять питомца одного на целый день. Ну а пчелы… Можно уехать на неделю, и они без нас справятся. Мы возвращаемся — и все как прежде, они в непрестанной работе, — улыбается Сергей Викторович.
Трое сыновей, помогая отцу, уже хорошо знают, что такое дымарь, рамка и вощинка.
— Бывает, что пчела ужалит, младший Сева кричит: «Все, папа, больше не подойду», — с улыбкой говорит мой собеседник. — Но через пять минут уже снова рядом.

Старые традиции — новая жизнь
Многое Сергей Викторович перенял от своего наставника, 85-летнего пчеловода из с. Казаки Владимира Петровича Матейко. Тот учил по старинке, без книжных схем и популярных сейчас видеоуроков. Показывал, как делать отводки, выращивать маток (это свидетельство особого мастерства), хозяйствовать на пасеке круглый год.
— Матки, которых сам вывел, живут по четыре года. А купленные — два и все, — со знанием дела поясняет Сергей Викторович.
Эта «старая школа» стала основой его подхода к любимому делу: уважение к пчелам, умение работать с ними, понимание природных циклов.
Гимн милой пчеле
…Вечер. Жара спала. Семья собралась во дворе за столом, в центре которого пыхтит пузатый самовар. В вазочках — фрукты, печенье, перга. В миске густо переливается мед — теплый, тянущийся, с запахом лета. Хозяйка разливает душистый чай на травах.
Это небольшой фрагмент памятного видеоролика семьи Добриных, с которым в прошлом году они заняли второе место на всероссийском конкурсе «Лучший мед России». В эти несколько минут сумели уложить все: и как работают, и как отдыхают от трудов праведных. И все под аккомпанемент песни, написанной и исполненной Сергеем Викторовичем (его в Ельце знают еще и как талантливого поэта). А слова в ней — настоящий гимн крылатым труженицам.
— На Руси нельзя без меда, — повторяет пчеловод. — А у нас он свой. И в этом — особая радость!